П.Г.Сибиряков. Создатель алгоритмического языка для задач ПВО страны

    Я познакомился с Анатолием Ивановичем Китовым в 1962-м году в НИИ-5 (впоследствии переименованным в Московский институт приборной автоматики – МНИИПА и переведённым позднее из подчинения Министерства обороны СССР оборонному промышленному ведомству – Минрадиопрому СССР). В то время я был кадровым офицером и поступил в адъюнктуру НИИ-5 (так у военных называлась аспирантура) под научное руководство А.И. Китова по теме диссертации, связанной с автоматизацией программирования на спецЭВМ задач ПВО страны.

    Первое впечатление от знакомства с Анатолием Ивановичем было самое благоприятное. Начитавшись его книг, я не представлял себе, что можно было так запросто общаться с таким известным учёным и значительным в масштабах нашей науки человеком.

    Запомнился следующий эпизод общения с А.И. Китовым. Комната программистов, где мне пришлось обитать в девичьей компании, была рядом с кабинетом Анатолия Ивановича, который тогда был руководителем отдела программирования. Мы молодёжь, курили как раз около двери в его кабинет. А он, в это время, все ходит и ходит мимо нас, выбрасывая какие-то порванные бумаги в урну. В какой-то момент остановился и сказал нам: «Не смотрите на меня так. Я занимаюсь важнейшим делом – избавляюсь от бумажного информационного мусора. В будущем на это уйдет очень много сил человечества!» Так, ещё в 1962-м году, А.И. Китов предвидел, что наступит эра безбумажной информатики, и подавляющее количество необходимой людям информации будет храниться на электронных носителях и передаваться по каналам связи. В другой раз он позвал к себе в кабинет, меня, ещё «зеленого» адъюнкта, и мы долго обсуждали с ним иностранную статью о списковых структурах данных. Анатолий Иванович поручил мне сделать перевод этой статьи и после, когда мы её снова разбирали, сказал: «В этих списковых структурах заключается будущее программирования. Они будут составлять основу будущих новых алгоритмических языков». А.И. Китов предвидел ещё в начале шестидесятых годов возникновение языков класса ЛИСП, хотя тогда и названия такого ещё не было.

    Анатолий Иванович был для нас не только большим учёным, но и простым, доступным в ежедневном бытовом общении человеком, способным порой на нестандартные поступки. Мне памятен случай, когда Анатолий Иванович от кого-то узнал о цеховой столовой, находящейся в расположенном неподалёку от НИИ-5 заводе «Серп и Молот» и решил её посетить. Как-то перед обеденным перерывом он заглянул в нашу комнату программистов и поманив меня пальцем, без обиняков сказал: «Пойдем со мной пообедаем, а то одному как-то неудобно». Было лето, я скоренько набросил свой форменный китель, и вот мы идём за проходную НИИ-5. Вскоре, выходим на бесконечное сплетение железнодорожных рельсовых путей завода «Серп и Молот», идём мимо каких-то зеленых покосившихся стрелочных будок. И наконец, подходим к громадному зданию из металла всего… о двух этажах. А.И. Китов – полковник, доктор наук в зеленой военной форме, в начищенных сапогах и армейских брюках галифе и я – его адъюнкт, капитан в чёрной морской форме, решительно вошли в неописуемых размерах сталелитейный цех громадного завода. Направо, вдаль тянулась бесконечная полыхающая вереница вагранок, а слева от входных ворот в цех, которые высотой были повыше кремлевских, восходила наверх лестница из широких стальных пластин толщиной в три сантиметра каждая, причём рифленых. А высота этой лестницы на один этаж такова, что четырёх других стоит. После долгого восхождения оказываемся в каком-то зале такой же, что и лестница, высоты. Пол – та же литая сталь, только плиты поболее, а кругом расхаживают огромадные мужики – сталевары в сапогах с отворотами и с такими огромными подносами, каких я в жизни ни до того, ни после не видал. Сталевары, как нас увидали, сразу же захотели нас вперед «без очереди» пропустить, но Анатолий Иванович не поддался на их уговоры и мы честно отстояли небольшую очередь. По терминологии от доктора наук А.И. Китова, давали в той столовой щи в «тазиках» и плов в «мисках», которые были в диаметре не меньше «тазика». Конечно, всего громадного количества той еды нам доесть так и не удалось. «Надо быть сталеваром, или там китобоем, что ли, чтобы по еде за ними угнаться» заметил мой шеф. Но компот из сухофруктов, который подавали в пивных кружках, мы допили до конца.

    На обратном пути Анатолий Иванович указал мне на новую машину «Волга ГАЗ-21», припаркованную у институтских ворот и которая принадлежала известному кибернетику М.Г. Гаазе-Раппопорту: «Это машина Модеста. В Институте он первый её купил. А теперь всех катает. А ещё завел амбарную книгу, и всякий там может отзыв о своих впечатлениях написать: слева разворота этой книги «Отзыв об автомобиле», а справа – «Отзыв о водительских качествах владельца». Так вот, один из его приятелей записал:

«На машине Газа
ездили два раза!
Первый и последний».
Прошу заметить, что шутка эта двойная».

     Я потом сообразил, что двойственность этой шутки состоит в некотором совпадении фамилии владельца машины с названием горьковского автомобильного завода, выпускавшего эти «Волги».

     Мне бы хотелось выделить одну редкую черту в характере А.И. Китова. Анатолий Иванович всегда был предельно внимателен и заботлив к научному росту своих учеников и подчинённых. Даже если, в силу жизненных обстоятельств, формально они ему уже и переставали подчиняться. Всё равно, с ним оставалось неформальное научное общение, т. к. для него научная работа являлась главным делом всей его жизни. В частности, после ухода А.И. Китова из НИИ-5 в Министерство радиопромышленности (МРП) на должность начальника Главного вычислительного центра МРП, мне дали другого научного руководителя. Но при регулярных встречах с А.И. Китовым, он меня постоянно расспрашивал о текущих диссертационных делах и, фактически, именно он, несмотря на то, что уже не был формально моим научным руководителем, продолжал направлять мою исследовательскую работу, которая в этот период была в НИИ-5 плановой. А я был просто в этом институте на должности младшего научного сотрудника, находящегося в академическом отпуске от адъюнктуры.

     После внедрения разработанного транслятора защита состоялась всего через три месяца. Я считаю, что участие Анатолия Ивановича в начале моей научной карьеры было решающим. Тоже самое может сказать и ещё один ученик А.И. Китова в НИИ-5 академик К.К. Колин, бывший, как и я, его адъюнктом в этом институте в шестидесятые годы.

    Именно А.И. Китов сформулировал и дал мне научную тему, определив тем самым на многие годы мой исследовательский путь, на котором мне удалось создать адаптивный алгоритмический язык и настраиваемый транслятор для спец. ЭВМ системы ПВО страны. И это в самом начале шестидесятых годов, в условиях ручного программирования и полного отсутствия средств повышения эффективности разработки программ очень большого по тем временам объёма. Защита в 19 белых «шаров» и без чёрных – это нонсенс для НИИ-5 в то время. Так велика была нужда государства в этих программных средствах.

Об авторе: Сибиряков Павел Георгиевич. Инженер-полковник, кандидат технических наук, старший научный сотрудник (Диплом Президиума АН СССР).